Наши партнеры

КУЛЬТУРНЫЕ РАСТЕНИЯ, КАК ОБЪЕКТ ИСТОРИЧЕСКОЙ ГЕОГРАФИИ РАСТЕНИЙ.

Реликты

Останавливаясь сначала на реликтах, необходмо отметить, что пока в исследованиях, посвященных систематике и географии культурных растений, мы не находим достаточной проработки вопроса о нахождении среди них реликтовых видов. Между тем этот вопрос, особенно в отношении культурных видов, является далеко не простым, так как здесь, помимо установления реликтового характера данного растения, необходимо еще показать является ли последнее действительно представителем реликтовой, исчезающей флоры или же оно представляет собою лишь так называемый «культурный реликт», т. е. культурное растение, являвшееся раньше объектом интенсивной культуры, которое затем было вытеснено другими культурными растениями и сохранилось лишь в немногих местностях, как остаток вымершей культуры, что тем не менее не указывает на реликтовый характер этого вида.

Так, например, посудная тыква или горлянка — Lagenaria vulgaris, считать которую реликтом у нас нет никакого основания, в то же время представляет собою реликтовую культуру, игравшую в прежнее время большую роль в жизни человека. Плоды этой тыквы служили не только в качестве пищи, но доставляли первобытному человеку первую домашнюю утварь, чем объясняется исключительное почитание этого растения народами, стоящими на низком уровне развития. С ознакомлением с другими пищевыми растениями, а главное — с заменой этой первобытной посуды глиняной и стеклянной, значение горлянки упало, культура ее сократилась, так что сейчас она, как мы указывали, возвышается лишь в немногих местностях Африки и Азии, являясь «культурным, реликтом» (Кобякова, 1930).

Другим очень интересным примером трудности, которая имеет место при определении реликтового характера культурного вида и необходимости углубленного изучения в каждом отдельном случае, может служить — полба — Triticum spelta. Эта пшеница имеет все черты реликтового растения: она сохранилась в культуре лишь в виде отдельных островов в немногих странах Западной Европы, преимущественно в северо-западной оконечности Альп, в горных районах Швабии и Швейцарии, она отличается ограниченным разнообразием своих форм, центр ее происхождения установить пока не удалось и, наконец, отличается ломкостью своего колоса, при созревании распадающегося на части, как это имеет место у диких видов, все это говорит, казалось бы, за древнее происхождение этого вида, давшее основание ряду исследователей считать именно ее за исходную форму современной культурной пшеницы — Triticum vulgare.

Между тем недавно опубликованное исследование Фляксбергера о происхождении и географическом распространении этого вида говорит о совсем другом (Flaksberger, 1930). Оказалось, что в то время как центром происхождения пшеницы — Triticum vulgare и Tr. compactum, как это сейчас установлено, является Юго-Западная Азия, Тт. spelta в Азии вообще отсутствует. Точно так же археологические и лингвистические указания говорят об отсутствии полбы в древнее время в Африке, где ее и сейчас нет. В Австралию и С. Америку она ввезена лишь в недавнее время. Таким образом, ее надо считать растением исключительно европейского происхождения. Но и здесь, как показали произведенные изыскания, ни древние греки, ни древние римляне этого растения не знали, и имеются все данные предполагать, что ареал ее современной культуры в Альпах и является вместе с тем и местом ее происхождения.

Вместе с тем изучение характера распадения колоса Tr. spelta показало, что оно совершенно не соответствует наблюдаемому у диких видов и носит, по всей веротности, вторичный характер. Словом, все эти данные дают основание предположить, что Tr. spelta является растением относительно молодым, возникшим не ранее бронзового века, что ареал ее не является реликтовым и что, повидамому, она возникла из пшеницы — Тт. vulgare, а не наоборот, как это до сих пор считалось.

Тем не менее среди пшениц, как и среди других культурных видов имеются настоящие реликты. К числу таковых может быть, например, отнесена — полбаммер Triticum dicoccum Sсhrank.

Жизнь растения